Одиннадцатый день одиннадцатого месяца...
В этот день, 11 ноября, в западных странах отмечается День окончания Первой мировой войны 1914–1918 годов. Величайшей преступной бессмыслицы, устроенной буржуазией всех стран и унёсшей в могилу миллионы людей, ещё миллионы сделавшей калеками.
Как это было? Вначале были вот эти разряженные в пух и прах изящные дамы и господа, европейские братья-государи, прекрасно образованные, хорошо воспитанные, которые через несколько лет зачем-то заставили своих подданных миллионами убивать и калечить друг друга.
Королева Виктория — «бабушка Европы«, и её многочисленная родня, включающая короля Эдуарда VII, царя Николая II, царицу Александру, кайзера Вильгельма и других. Кобург, Германия, 1894 год. Спустя 20 лет эти нарядные господа ввергнут Европу в самую кровавую мясорубку в её истории
Фото 1910 года. Стоят: король Норвегии Хокон VII, царь Болгарии Фердинанд I, король Португалии Мануэл II, германский император и король Пруссии Вильгельм II, король Греции Георг I и король Бельгии Альберт I. Сидят: король Испании Альфонсо XIII, король Великобритании и Ирландии Георг V и король Дании Фредерик VIII
Как видим, кровное родство и братство, хорошее образование и прекрасные манеры, ничто это от войны вовсе не спасает. Может быть, от неё помогает вера в одного и того же Бога?
Стихи Андрея Иркутова (1897–1937):
1
Был тот, четырнадцатый, год,
Забыть ли эти даты?
На плечи ружья взяв, в поход
Отправились солдаты.
К границе русской немец лез,
И с песней молодецкой,
Держа штыки наперевес,
Шли русские к немецкой.
Среди других солдатских лиц,
Не метивших в герои,
Был удалой верзила Фриц,
Крестьянин из Тироля.
И, бросив свой родимый дом,
И двор, и палисадник,
Ему навстречу шел Пахом,
Рязанский безлошадник.
2
Молебен пастор отслужил:
Всех призывал молиться,
И на войну благословил
В числе других и Фрица.
Благословив, сказал им:
– Вот... Никто пусть не забудет,
Что добрый наш немецкий Gott
В сраженьи с вами будет.
Чтоб враг нас одолеть не мог
В бою вы будьте львами.
Идите, дети – с нами Бог;
И ТОЛЬКО, ТОЛЬКО С НАМИ!
Перед полком гнусавил поп
И дьякон пел октавой:
– Идите в бой; идите, чтоб
Прийти назад со славой.
Не бойтесь пули и штыка,
не бойтесь раны; верьте,
Что вседержителя рука
Вас охранит от смерти.
Наш русский бог с врагами строг...
Так будьте молодцами.
Идите, дети – с нами Бог;
И ТОЛЬКО, ТОЛЬКО С НАМИ!
«Бог работает на всех фронтах!». Рисунок Дмитрия Моора. 1934 год
3
Был тот, четырнадцатый, год,
И по лицу Европы,
В земле прорезав смертный ход,
Рассыпались окопы.
В один окоп уселся Фриц –
Так господа велели;
Над Фрицем, словно стая птиц,
пронёсся вихрь шрапнели.
В другом окопе был Пахом,
Покорен барской воле;
И вой, и стон стоял кругом,
И были трупы в поле.
Но Фриц, спокоен, тих и строг,
Посматривал на знамя.
Он твёрдо помнил: с нами Бог!
И ТОЛЬКО, ТОЛЬКО С НАМИ!
Пахом не трусит, не дрожит,
он мушку ест глазами.
Он знает – Бог за нас стоит;
БОГ С НАМИ, ТОЛЬКО С НАМИ!
«С богом на врага!». Рисунок М. Черемных 1924 года (из журнала «Красный перец»). Во имя бога духовенство разных стран благословляло свою паству убивать друг друга
4
Фриц не сомкнул усталых глаз,
Пахом уснуть не мог.
Два штаба отдали приказ:
– В атаку! с нами Бог!
И пастор, свиста пуль боясь,
Боясь открытых мест,
Шмыгнул окопом, торопясь,
И Фрицу сунул крест.
И поп, от страха посинев,
Промчался по рядам,
Крестом серебряным задев
Пахома по губам.
Там лейтенант, поручик здесь,
Готовы оба в срок;
Сказали: – Ну, ребята, лезь...
В атаку! С нами Бог!.
Джон Френч Слоун (1871–1951). «После войны – медаль и, возможно, работа». Рисунок 1914 года
5
И был удар, удар в штыки;
И крик, и рёв, и вой,
И стала вмиг вода реки
Кровавою водой.
И были страшных пять минут,
Никто не разберёт,
Откуда бьют, откуда прут,
И всяк орёт, орёт…
Не видя ничего кругом,
Ни глаз, ни плеч, ни лиц,
На Фрица налетел Пахом,
И на Пахома Фриц.
Пахом услышал слово «Gott»,
А Фриц услышал «Бог»,
И Фрицу штык пробил живот,
и крикнуть Фриц не мог.
И для Пахома жизни путь
Был кончен в тот же миг,
Ему с налёта прямо в грудь
Направил Фриц свой штык.
Прошли над ними сотни ног,
Свои, потом чужие;
Одни кричали «С нами бог»
И «Gott mit uns» другие.
6
А в это время далеко,
В Москве или в Берлине,
Сидели Крупп или Гучков
И барыши делили.
Была и горстка революционеров. Один из которых, Владимир Ильич Ульянов-Ленин, говорил: «Нет, вы подумайте: чего ради сытые гонят голодных на бойню друг против друга? Можете вы указать преступление менее оправданное, более глупое?..»
Лев Троцкий писал о Ленине так: «Он чувствовал солдата, оглушенного тремя годами дьявольской бойни – без смысла и без цели, – пробуждённого грохотом революции и собиравшегося за все бессмысленные жертвы, унижения и заушения расплатиться взрывом бешеной, ничего не щадящей ненависти... Всё клокотало и бурлило, все обиды прошлого искали выхода, ненависть к стражнику, квартальному, исправнику, табельщику, городовому, фабриканту, ростовщику, помещику, к паразиту, белоручке, ругателю и заушителю – готовила величайшее в истории революционное извержение. Вот, что слышал и видел Ленин, вот что он физически чувствовал... История делается в окопах, где охваченный кошмаром военного похмелья солдат всаживает штык в живот офицеру и затем на буфере бежит в родную деревню, чтобы там поднести красного петуха к помещичьей кровле. Вам не по душе это варварство? Не прогневайтесь, – отвечает вам история: чем богата – тем и рада. Это только выводы из всего, что предшествовало».
1918. Лондонский военный госпиталь. Одна нога на семь солдат
Здесь на фотографии хорошо показаны краткие итоги войны. В данном случае — одна нога на семь солдат. Тут напрашивается вопрос старого советского плаката к 10-летию мировой войны.
Советский плакат первых революционных лет
«За что погибло 10 миллионов?» Вопрос, конечно, риторический, так как ясно, что погибли они абсолютно бессмысленно, зря, ни за понюшку табака. Но всё же на него можно дать ответ: они отдали жизни (а другие — ноги, руки и т.д.) ради сохранения капитализма, потому что капитализм с неизбежностью порождает время от времени войны, включая мировые, они нужны ему для самосохранения, даже если рано или поздно неумолимо приведут к гибели человечества, а вместе с ним и капитализма (а они приведут)... Такой вот парадокс. Они погибли и отдали руки-ноги за «300 сортов колбасы в супермаркете», если так понятнее. Потому что эти «300 сортов колбасы»абсолютно ненужных в таком ассортименте и малоотличимых друг от друга порождаются той же самой конкуренцией, которая столь же неумолимо порождает и войны. В позднем СССР 300 сортов колбасы в магазинах не было (на что не устают жаловаться и сетовать граждане либералы), но не было и войны на своей территории. И в Европе её не было сорок лет, пока существовал СССР. Зато теперь есть и то, и другое.
Но всё-таки Первая мировая кончилась, когда прогорел накопившийся горючий материал. А потом послевоенная эпоха очень быстро перешла в предвоенную. Это уже рисунок из советской печати. И тогда «здравомыслящие» люди, даже в социалистической стране, читая советскую прессу, где это писалось прямым текстом, не хотели верить, что новая война не за горами... Потому что — зачем?.. С точки зрения обывательского сознания, это действительно невозможно понять.
Рисунок Леона Генча. 1929 год. «В домашних туфлях. — Вот, все пишут — война готовится, война будет... А откуда ей быть?»
А этот старый рисунок предельно точно и вполне актуально показывает нам главную болезнетворную бациллу войны:
Рисунок Юлия Ганфа. 1932 год. «Капиталист: — Если б я не знал, что это микроб войны, я бы сказал, что он мне кого-то ужасно напоминает».
К сожалению, всё повторяется...
Много ли разницы между этими снимками? А ведь на верхней фотографии — возможно, деды тех, кто запечатлён на нижней...
Как это было? Вначале были вот эти разряженные в пух и прах изящные дамы и господа, европейские братья-государи, прекрасно образованные, хорошо воспитанные, которые через несколько лет зачем-то заставили своих подданных миллионами убивать и калечить друг друга.
Королева Виктория — «бабушка Европы«, и её многочисленная родня, включающая короля Эдуарда VII, царя Николая II, царицу Александру, кайзера Вильгельма и других. Кобург, Германия, 1894 год. Спустя 20 лет эти нарядные господа ввергнут Европу в самую кровавую мясорубку в её истории
Фото 1910 года. Стоят: король Норвегии Хокон VII, царь Болгарии Фердинанд I, король Португалии Мануэл II, германский император и король Пруссии Вильгельм II, король Греции Георг I и король Бельгии Альберт I. Сидят: король Испании Альфонсо XIII, король Великобритании и Ирландии Георг V и король Дании Фредерик VIII
Как видим, кровное родство и братство, хорошее образование и прекрасные манеры, ничто это от войны вовсе не спасает. Может быть, от неё помогает вера в одного и того же Бога?
Стихи Андрея Иркутова (1897–1937):
1
Был тот, четырнадцатый, год,
Забыть ли эти даты?
На плечи ружья взяв, в поход
Отправились солдаты.
К границе русской немец лез,
И с песней молодецкой,
Держа штыки наперевес,
Шли русские к немецкой.
Среди других солдатских лиц,
Не метивших в герои,
Был удалой верзила Фриц,
Крестьянин из Тироля.
И, бросив свой родимый дом,
И двор, и палисадник,
Ему навстречу шел Пахом,
Рязанский безлошадник.
2
Молебен пастор отслужил:
Всех призывал молиться,
И на войну благословил
В числе других и Фрица.
Благословив, сказал им:
– Вот... Никто пусть не забудет,
Что добрый наш немецкий Gott
В сраженьи с вами будет.
Чтоб враг нас одолеть не мог
В бою вы будьте львами.
Идите, дети – с нами Бог;
И ТОЛЬКО, ТОЛЬКО С НАМИ!
Перед полком гнусавил поп
И дьякон пел октавой:
– Идите в бой; идите, чтоб
Прийти назад со славой.
Не бойтесь пули и штыка,
не бойтесь раны; верьте,
Что вседержителя рука
Вас охранит от смерти.
Наш русский бог с врагами строг...
Так будьте молодцами.
Идите, дети – с нами Бог;
И ТОЛЬКО, ТОЛЬКО С НАМИ!
«Бог работает на всех фронтах!». Рисунок Дмитрия Моора. 1934 год
3
Был тот, четырнадцатый, год,
И по лицу Европы,
В земле прорезав смертный ход,
Рассыпались окопы.
В один окоп уселся Фриц –
Так господа велели;
Над Фрицем, словно стая птиц,
пронёсся вихрь шрапнели.
В другом окопе был Пахом,
Покорен барской воле;
И вой, и стон стоял кругом,
И были трупы в поле.
Но Фриц, спокоен, тих и строг,
Посматривал на знамя.
Он твёрдо помнил: с нами Бог!
И ТОЛЬКО, ТОЛЬКО С НАМИ!
Пахом не трусит, не дрожит,
он мушку ест глазами.
Он знает – Бог за нас стоит;
БОГ С НАМИ, ТОЛЬКО С НАМИ!
«С богом на врага!». Рисунок М. Черемных 1924 года (из журнала «Красный перец»). Во имя бога духовенство разных стран благословляло свою паству убивать друг друга
4
Фриц не сомкнул усталых глаз,
Пахом уснуть не мог.
Два штаба отдали приказ:
– В атаку! с нами Бог!
И пастор, свиста пуль боясь,
Боясь открытых мест,
Шмыгнул окопом, торопясь,
И Фрицу сунул крест.
И поп, от страха посинев,
Промчался по рядам,
Крестом серебряным задев
Пахома по губам.
Там лейтенант, поручик здесь,
Готовы оба в срок;
Сказали: – Ну, ребята, лезь...
В атаку! С нами Бог!.
Джон Френч Слоун (1871–1951). «После войны – медаль и, возможно, работа». Рисунок 1914 года
5
И был удар, удар в штыки;
И крик, и рёв, и вой,
И стала вмиг вода реки
Кровавою водой.
И были страшных пять минут,
Никто не разберёт,
Откуда бьют, откуда прут,
И всяк орёт, орёт…
Не видя ничего кругом,
Ни глаз, ни плеч, ни лиц,
На Фрица налетел Пахом,
И на Пахома Фриц.
Пахом услышал слово «Gott»,
А Фриц услышал «Бог»,
И Фрицу штык пробил живот,
и крикнуть Фриц не мог.
И для Пахома жизни путь
Был кончен в тот же миг,
Ему с налёта прямо в грудь
Направил Фриц свой штык.
Прошли над ними сотни ног,
Свои, потом чужие;
Одни кричали «С нами бог»
И «Gott mit uns» другие.
6
А в это время далеко,
В Москве или в Берлине,
Сидели Крупп или Гучков
И барыши делили.
Была и горстка революционеров. Один из которых, Владимир Ильич Ульянов-Ленин, говорил: «Нет, вы подумайте: чего ради сытые гонят голодных на бойню друг против друга? Можете вы указать преступление менее оправданное, более глупое?..»
Лев Троцкий писал о Ленине так: «Он чувствовал солдата, оглушенного тремя годами дьявольской бойни – без смысла и без цели, – пробуждённого грохотом революции и собиравшегося за все бессмысленные жертвы, унижения и заушения расплатиться взрывом бешеной, ничего не щадящей ненависти... Всё клокотало и бурлило, все обиды прошлого искали выхода, ненависть к стражнику, квартальному, исправнику, табельщику, городовому, фабриканту, ростовщику, помещику, к паразиту, белоручке, ругателю и заушителю – готовила величайшее в истории революционное извержение. Вот, что слышал и видел Ленин, вот что он физически чувствовал... История делается в окопах, где охваченный кошмаром военного похмелья солдат всаживает штык в живот офицеру и затем на буфере бежит в родную деревню, чтобы там поднести красного петуха к помещичьей кровле. Вам не по душе это варварство? Не прогневайтесь, – отвечает вам история: чем богата – тем и рада. Это только выводы из всего, что предшествовало».
1918. Лондонский военный госпиталь. Одна нога на семь солдат
Здесь на фотографии хорошо показаны краткие итоги войны. В данном случае — одна нога на семь солдат. Тут напрашивается вопрос старого советского плаката к 10-летию мировой войны.
Советский плакат первых революционных лет
«За что погибло 10 миллионов?» Вопрос, конечно, риторический, так как ясно, что погибли они абсолютно бессмысленно, зря, ни за понюшку табака. Но всё же на него можно дать ответ: они отдали жизни (а другие — ноги, руки и т.д.) ради сохранения капитализма, потому что капитализм с неизбежностью порождает время от времени войны, включая мировые, они нужны ему для самосохранения, даже если рано или поздно неумолимо приведут к гибели человечества, а вместе с ним и капитализма (а они приведут)... Такой вот парадокс. Они погибли и отдали руки-ноги за «300 сортов колбасы в супермаркете», если так понятнее. Потому что эти «300 сортов колбасы»
Но всё-таки Первая мировая кончилась, когда прогорел накопившийся горючий материал. А потом послевоенная эпоха очень быстро перешла в предвоенную. Это уже рисунок из советской печати. И тогда «здравомыслящие» люди, даже в социалистической стране, читая советскую прессу, где это писалось прямым текстом, не хотели верить, что новая война не за горами... Потому что — зачем?.. С точки зрения обывательского сознания, это действительно невозможно понять.
Рисунок Леона Генча. 1929 год. «В домашних туфлях. — Вот, все пишут — война готовится, война будет... А откуда ей быть?»
А этот старый рисунок предельно точно и вполне актуально показывает нам главную болезнетворную бациллу войны:
Рисунок Юлия Ганфа. 1932 год. «Капиталист: — Если б я не знал, что это микроб войны, я бы сказал, что он мне кого-то ужасно напоминает».
К сожалению, всё повторяется...
Много ли разницы между этими снимками? А ведь на верхней фотографии — возможно, деды тех, кто запечатлён на нижней...