Александр Майсурян (maysuryan) wrote,
Александр Майсурян
maysuryan

Category:

О Сергее Геннадьевиче Нечаеве (2)


Портрет С. Г. Нечаева из Малой Советской энциклопедии 20-х годов, где он оценивался в основном положительно, как выдающийся революционер

Предыдущий пост о Сергее Геннадьевиче Нечаеве я закончил словами: "Конечно, мне могут возразить: а кто, собственно, сказал, что Нечаев был именно крестьянский вожак? Каких-таких крестьян он сагитировал, повёл за собой? Где доказательства его востребованности и уместности среди крестьян?".
Доказательства эти можно найти в "последнем заговоре Нечаева". Том фантастическом заговоре, который он создал, уже оказавшись заточённым за решёткой. И не где-нибудь, а в одном из глубочайших тюремных тайников царского правительства — Алексеевском равелине Петропавловской крепости. Туда он был отправлен по личному распоряжению царя, вопреки формальному приговору: ведь суд присудил его к "20 годам сибирской каторги и вечной ссылке". Но Нечаева попросту побоялись отправлять в Сибирь. Для всего мира он бесследно сгинул — растворился где-то по пути в Сибирь, без следа и вести.
Итак, Алексеевский равелин. Это было место, которое лишь отчасти принадлежало этому свету, а в значительной степени располагалось уже на том... Уже два десятка лет там находился всего один узник — бывший офицер Шевич, давно потерявший рассудок. Послушаем рассказ Нечаева (для конспирации он писал о себе в третьем лице): "Это — знаменитая историческая тюрьма в России. Ещё цела темница, в которой цесаревич Алексей задушен руками своего свирепого отца; ещё не совсем изгладился маленький холмик, под которым зарыли труп замученной княжны Таракановой; ещё целы мрачные, глухие казематы без света, без дверей с одними отверстиями для подачи пищи. В этих живых могилах заживо погребались жертвы деспотизма ещё в недавнее прошлое. Два года назад, во время наводнения, в эти помещения хотели сложить солдатские вещи; когда отворили роковой железный затвор и пролезли с фонарём, в мрачном склепе солдаты сделали страшную находку. Они запнулись ногой за скелет, подняли и показали в отверстие товарищам кости человеческого черепа".


Алексеевский равелин Петропавловской крепости в начале 1870-х годов

Своего единственного товарища по заключению Нечаев описывал так: "Несчастный узник, томящийся в одиночном заключении более 20 лет и утративший рассудок, бегает по холодному каземату из угла в угол, как зверь в своей клетке, и оглашает равелин безумными воплями. Почему же держат несчастного в заключении? На этот вопрос политика... даёт объяснение...: безумного Шевича держат в тюрьме потому, что его пример, его вопли и припадки бешенства производят потрясающее действие на других арестантов, молодых, мыслящих, ещё не доведённых до отчаяния. Праздное одиночество в сыром склепе, грязное, непромытое бельё, паразиты, негодная пища, адский холод... всего этого достаточно, чтобы искалечить человека... Не дают книг, обрекая на абсолютное физическое и умственное бездействие, толкая на дорогу к самоубийству или сумасшествию".
Как-то в камеру к заболевшему Нечаеву заглянул тюремный врач. Нечаев: "Пришёл доктор и говорит: "Я, пожалуй, вас полечу. Да неужели вы жить хотите?""...
Для всех других это была бы последняя остановка жизни, конечная станция. Но не таков был Нечаев, чтобы сдаться даже в таком гиблом месте!
И вот на третий год такого заключения произошло событие, резко ухудшившее (хотя это трудно вообразить!) и без того нелёгкое положение Нечаева. В крепость прибыл сам шеф жандармов — генерал Потапов. Не сомневаясь, что заключённый уже сломлен, он предложил ему работать на полицию. Как мы знаем, некоторые "критики", даже "левые", обвиняли и обвиняют Сергея Геннадьевича в том, что он был чуть ли не полицейским агентом. Так посмотрите, как он ответил на предложение шефа жандармов — и это в его-то безнадёжном положении!
Нечаев: "На этот раз ответом было выражение презрения к правительству в более резкой форме, а когда Потапов стал грозить Нечаеву телесным наказанием, как каторжнику, тогда он, в ответ на эти угрозы, заклеймил Потапова пощёчиной в присутствии коменданта генерала Корсакова, офицеров, жандармов и рядовых; от плюхи по лицу Потапова потекла кровь из носу и изо рта".
Бесправный заключённый, который на глазах у десятка свидетелей бесстрашно залепляет оплеуху шефу жандармов всей Российской империи — что за поразительная сцена! В наказание за пощёчину Нечаева заковали в тяжёлые ручные и ножные кандалы и, кроме того, цепью приковали к стене камеры. В таком положении он провёл два года. Сам он писал: "Нечаева долго держали в цепях: руки и ноги были закованы в тяжёлые кандалы, причём цепь, соединявшая эти кандалы, была нарочно так укорочена, что узник был согнут в дугу, не мог ни встать прямо, ни лечь вытянувшись, а вынужден был постоянно сидеть, скорчившись; два года он влачил оковы: руки и ноги покрылись язвами..."
И тем не менее, находясь в таком отчаянном положении, общаясь только с тюремщиками, которым запрещалось отвечать ему и называть его по имени (только — "номер пять"), Нечаев сумел создать свой последний — и, пожалуй, самый впечатляющий — заговор. О том, как это происходило, подробно написал позднее "Вестник Народной Воли". Но перед тем, как привести этот рассказ, заметим следующее. Всё, что написано в этом посте выше, могло произойти и с любым другим заключённым-революционером. Конечно, для этого он должен был быть героем — но совсем не обязательно Нечаевым. А вот дальше начинается настоящая "нечаевщина", именно то, что характеризует нашего героя, и чем кто-то может возмущаться, а кто-то — восхищаться.

Итак, отрывки из рассказа "Вестника Народной Воли": "В равелине служащие не сменяются несколько лет. Нечаев имел возможность присмотреться к каждому и, пользуясь этим, наметить много лиц, пригодных для его планов. Ещё сидя на цепи, он умел лично повлиять на многих из своих сторожей. Он заговаривал с многими из них. Случалось, что, согласно приказу, тюремщик ничего не отвечал, но Нечаев не смущался. Со всей страстностью мученика он продолжал говорить о своих страданиях, о всей несправедливости судьбы и людей.
"Молчишь?.. Тебе запрещено говорить? Да ты знаешь ли, друг, за что я сижу?.. Вот судьба, — рассуждал он сам с собой, — вот будь честным человеком: за них же, за его же отцов и братьев погубишь свою жизнь, а заберут тебя, да на цепь посадят, и этого же дурака к тебе приставят. И стережёт он тебя, лучше собаки. Уж, действительно, не люди вы, а скоты бессмысленные"...
Случалось, что солдат, задетый за живое, не выдерживал и бормотал что-нибудь о долге, о присяге. Но Нечаев только этого и ждал. Он начинал говорить о царе, о народе, о том, что такое долг и т. д.; он цитировал Священное писание, основательно изученное им в равелине, и солдат уходил смущённый, растроганный, наполовину убеждённый.
Иногда Нечаев употреблял другой приём. Он вообще расспрашивал всех обо всём и между прочим узнавал иногда самые интимные случаи жизни даже о сторожах, его самого почти не знавших. Пользуясь этим, он иногда поражал их своею, якобы, прозорливостью, казавшейся им сверхъестественной. Пользуясь исключительностью своего положения, наводившею солдат на мысль, что перед ними находился какой-то очень важный человек, Нечаев намекал на своих товарищей, на свои связи, говорил о царе, намекал о дворе, на то, что наследник за него...
Когда с него сняли цепи, Нечаев умел это представить в виде результата хлопот высокопоставленных покровителей, начинающих брать силу при дворе. То же самое... задним числом распространилось на потаповскую оплеуху. Конечно, Нечаев ничего не говорил прямо, но тем сильнее работало воображение солдат, ловко настроенное его таинственными намёками...
Его, действительно, не только считали важной особой, не только уважали и боялись, но нередко трогательно любили; некоторые из солдат, например, старались доставить ему удовольствие, покупая ему газеты или что-нибудь из пищи на собственный счёт; особенно привязанные прозвали его "орлом", "нашим орлом", так называли они его между собою".
Пища, газеты — это были первые, но очень важные шаги заговора. Но Нечаев не остановился на этом. "Он... начал прямо доказывать некоторым из них, будто у него есть сношения с волей, будто другие сторожа уже перешли на сторону наследника и служат ему, Нечаеву. Когда люди, особенно его любившие, привыкли таким образом к мысли о возможности служить Нечаеву, он стал им это прямо предлагать, и первый, согласившийся на это, был вполне уверен, что он чуть не последний, и что чуть ли не вся крепость принадлежит уже Нечаеву".

Вот в последних абзацах мы видим весь скрытый механизм нечаевской работы: аккуратно, шажок за шажком, строить определённую иллюзию. Тут надо заметить, что тюремщики Алексеевского равелина были не офицерами, тем более не интеллигентами, а вчерашними крестьянами — поэтому проповедь Нечаева находила среди них самую благоприятную, практически идеальную почву.
Заговор развивался. На девятом году заключения Нечаева в равелин посадили нового арестанта — народовольца Степана Ширяева. От него Нечаев узнал адреса революционеров, находившихся на свободе. Послушные ему тюремщики установили его переписку с "Народной волей".
Прошло уже восемь лет, как Нечаев сгинул без вести, и народовольцы были глубоко поражены, когда на их конспиративную квартиру неожиданно принесли письмо от него. Но особенно их очаровал сам тон письма. Нечаев не жаловался, ни в чём не оправдывался. Народоволка Вера Фигнер вспоминала: "Письмо носило строго деловой характер... Он писал, как революционер, только что выбывший из строя, пишет к товарищам, ещё оставшимся на свободе. Удивительное впечатление производило это письмо: исчезало всё, тёмным пятном лежавшее на личности Нечаева... Оставался разум, не померкший в долголетнем одиночестве застенка; оставалась воля, не согнутая всей тяжестью обрушившейся кары; энергия, не разбитая неудачами жизни... Когда на собрании Комитета было прочтено обращение Нечаева, с необычайным душевным подъёмом все мы сказали: "надо освободить".
По плану Нечаева, он, переодетый в генеральскую форму, должен был преспокойно выйти из равелина. Народовольцы сочли этот план вполне осуществимым — но Нечаев уже мечтал о большем. "Вестник Народной Воли": "Бегство из крепости казалось ему уже слишком недостаточным. Он задумал такой план: в какой-то день года, когда вся царская фамилия должна присутствовать в Петропавловском соборе, Нечаев должен был овладеть крепостью и собором, заключить в тюрьму царя и провозгласить царём наследника".
Да, вот это настоящая "нечаевщина", самый её зенит. И задуматься на минутку: разве план Нечаева был таким уж нереалистичным? Нет, он был ничуть не более фантастическим, чем обратить в своих верных слуг тридцать (sic!) тюремщиков самой потайной царской крепости.
Но народовольцы, возможно, по своей, как выражался Нечаев, "буржуазной добросовестности", не решились одобрить этот план. Ведь это потребовало бы выступать от имени наследника (будущего царя Александра III) против его воли — то есть опять заниматься обманом и мистификациями, что народовольцы осуждали. По одной из версий, Желябов лично встретился с Нечаевым в равелине и сообщил ему, что план захвата царского семейства Исполнительный комитет отвергает, но освободить заключённых считает возможным. Однако здесь была одна загвоздка: освобождение Нечаева могло сорвать более существенный замысел — покушение на царя. "Вестник Народной Воли": "Очевидно было, что освобождение из такого государственного тайника, как Алексеевский равелин, должно было возбудить в правительстве панику и сделать надолго невозможным нападение на царя. Нечаеву и Ширяеву было предоставлено самим решить, какое из двух предприятий ставить в первую очередь, и они подали свои голоса за 1-ое марта, несмотря на то, что Желябов уже лично осмотрел равелин и признал побег, при хорошей помощи извне, не только осуществимым, но даже не особенно трудным".
Нетрудно догадаться, сколь сильным у Нечаева было стремление на волю после многолетнего заключения. Но он не колебался. "Обо мне забудьте на время, — твёрдо сказал он народовольцам, — и занимайтесь своим делом, за которым я буду следить с величайшим интересом".
В августе 1881 года в равелине умер от чахотки Ширяев, а в ноябре был разоблачен сам заговор Нечаева. Считается, что произошло это по оплошности одного из тюремщиков, который неосторожно передал письмо Нечаева не адресату, а его квартирной хозяйке. Всего по делу арестовали более 30 тюремщиков. Царь Александр III написал на докладе о происшедшем: "Более постыдного дела для военной команды и её начальства, я думаю, не бывало до сих пор".
Суд шёл при закрытых дверях. Один из свидетелей процесса вспоминал о поведении подсудимых: "Все они держали себя молодцами, с большим достоинством, и когда, кажется, прокурором было высказано предположение, что Нечаев действовал на них посредством подкупа, все они горячо запротестовали. "Какой тут подкуп, раздались голоса, — номер пять такой человек, для которого без всякого подкупа мы готовы были идти в огонь и воду".
Вот особо отметим этот момент. Участники последнего заговора Сергея Геннадьевича нисколько не разочаровались в своём вожаке: он как был, так и остался для них "нашим орлом", как они его называли между собой. Почему? Ведь вроде он точно так же мистифицировал их, как и прежних своих соратников, что ему до сих пор ставят в вину. Но... я уже объяснил, что психология студентов и психология крестьян различна, и Нечаев соответствовал второй, но не соответствовал первой. Именно отсюда и все бесчисленные обвинения со стороны "левых", уже полтораста лет сыплющиеся на его голову... Что же касается обвинений правых, то с ними и так всё понятно.
На этом данный пост исчерпан (хотя, возможно, если дискуссия того и потребует, я напишу ещё о дотюремной деятельности Нечаева и убийстве Иванова, которое ему особенно ставят в вину). Но ради полноты картины расскажу и про невесёлое окончание его биографии.
Крушение заговора предрешило и судьбу самого Нечаева. Условия его содержания вновь резко ухудшили: стали кормить несъедобной пищей, лишили прогулок и т. д. Журнал "Былое" позднее писал: "В этих условиях Нечаев стал медленно умирать от чахотки, — у него пошла кровь горлом, он потерял силы и вяло бродил по камере... Но всё время он вёл себя, как и раньше, смелым борцом. Все окружавшие его чувствовали его обаяние и власть над собой".
Ему не выдавали перо и бумагу — своё последнее письмо к царю Александру III Нечаев написал кровью, нацарапал ногтем на тюремной стене... А ведь потеря крови для истощённого больного очень быстро приближала его к смерти. Этот текст не сохранился бы для истории, если бы один из тюремщиков не вздумал снять с него копию...
21 ноября (3 декабря) 1882 года Сергей Геннадьевич Нечаев скончался. Его тело было тайно похоронено в безымянной могиле; все его вещи, включая даже очки, были преданы огню. В историю Нечаев, во многом стараниями Достоевского, вошёл с ярлыком "главного беса". Хотя сам писатель признавал: "Лицо моего Нечаева, конечно, не похоже на лицо настоящего Нечаева".
А соратница Нечаева А. Успенская писала: "Мне бывало смешно, когда впоследствии приходилось слышать отзывы о нём, как о суровом, мрачном фанатике, или на сцене Художественного театра в драме "Ставрогин", переделанной, как известно, из романа Достоевского "Бесы", видеть вертлявого, рыжего человека, "беса", который должен был изображать Нечаева. Ничего подобного не было в действительности; ни малейшего сходства: глупая и нелепая карикатура на Нечаева и вообще на всех нас. Нечаев был простым русским парнем, с виду похожим на рабочего, несколько пообтёсанного городской жизнью. Говорил он по-владимирски на "о" совсем просто, нисколько не выдвигая себя; он любил шутить и добродушно смеяться".
Tags: История, Россия, Сергей Нечаев, левые, политзаключённые, революционеры
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Коротко. Капитализм и свобода

    Точно замечено: "При капитализме наступила свобода, поэтому вокруг охранники, контролёры, консьержи, сторожевые и бойцовые псы, заборы, турникеты,…

  • Две добрые вести с Украины

    Снос бюста Жукова в Харькове, 2 июня 2019 года. Видимо, сносильщики переусердствовали и получили теперь "ответку" Первая новость: городской…

  • Коротко. О "преимуществе" капитализма

    У противников социализма есть излюбленный довод, который им кажется неотразимым: "социализм с треском рухнул, а проклятый капитализм цветёт и…

  • Культ труда и культ праздности

    Для тех, кто не застал того времени, наверное, имеет смысл написать: в СССР существовал культ труда. И знаний. Одну из целей советского общества…

  • 18.06.2019. Новости и анекдоты недели

    Новость 1. Дмитрий Медведев заявил о возможности перехода на четырёхдневную рабочую неделю. 1. — Скоро прямая линия с президентом и я хочу задать…

  • Маршал Жуков как линия фронта

    18 июня — 45 лет со дня смерти Георгия Константиновича Жукова (1896—1974). "Мы схватились с фашизмом, когда почти вся Ев­ропа была им повержена.…

  • Бесы против мракобесов. 1:0

    Церковь окончательно отказалась от планов сооружения храма св. Екатерины на месте городского сквера в Свердловске. Из новостей: "Екатеринбургская…

  • 17 июня. Ельцин: "Господи, благослови Америку!"

    17 июня 1982 года президент США Рональд Рейган в своей речи на Генеральной ассамблее ООН назвал СССР «империей зла и центром зла». Ровно десять лет…

  • Ещё раз про левых и про гуманность

    Один левый блогер мне написал в комментариях: "Нынешняя незамутнённая знанием истории молодёжь, с удивлением узнавая о репрессиях, депортациях и…

promo maysuryan june 16, 2016 00:35 12
Buy for 10 tokens
КРАСНЫЕ И БЕЛЫЕ ДАТЫ (список будет пополняться): 5 января 1918 (23 декабря 1917) – нарком просвещения А. Луначарский подписал Декрет о введении нового правописания 19 (6) января 1918 – матрос Железняк сказал: "Караул устал!" 21 января 1924 – день памяти В. И. Ульянова (Ленина), ещё…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 27 comments