
Князь Феликс Феликсович Юсупов, граф Сумароков-Эльстон позирует художнику Валентину Серову для портрета с арабской лошадью. 1909 год
19 января — день рождения Валентина Серова (1865—1911), 5 декабря — день его памяти. В современном мире художник довольно востребован, достаточно сказать, что его картины несколько раз били все рекорды цены на международных аукционах. Например, в 2012 году на американском аукционе FAAM «Портрет Оскара и Розы Грузенберг» ушёл на торгах за 4,1 миллиона долларов. А портрет Марии Цетлиной в 2014 году на аукционе Christie’s ушёл за рекордные 14,5 миллионов долларов, превысив эстимейт почти в четыре раза. И в постсоветской России популярность Серова показала юбилейная выставка 2015 года, на которой наблюдался небывалый ажиотаж (до полумиллиона посетителей), многочасовая очередь на морозе, и из-за наплыва публики в один из дней толпа даже выломала двери здания на Крымском Валу.
Но какой Серов востребован? Тот, который запечатлён на заглавной фотографии, портретист аристократии и августейшей семьи. Живший в миру и ладу с «Россией, Которую Мы Потеряли». Но ведь всё было не так, совсем не так!
1. Начнём с того, что мать художника, первая в Россия профессиональная женщина-композитор Валентина Серова (1846—1924) была, как теперь принято говорить, «сильной самостоятельной женщиной», а по взглядам — нигилисткой, народницей. На Илью Репина неизгладимое впечатление произвёл эпизод общения с ней, когда он попытался вежливо уступить ей своё место. Он даже упомянул его в своих мемуарах, правда, деликатно не назвав Серову по имени. Потом он недоумённо спросил у коллеги-художника:
«— Отчего это хозяйка с насмешкой и презрением отошла от меня, когда я хотел уступить ей свой стул?
— А это, видишь, новая молодёжь считает эти светские манеры пошлостью. Девицы и мужчины равны; это ухаживание их оскорбляет… У студентов брошены давно все эти средневековые китайщины».
Кстати, потом Репин написал портрет Валентины Серовой в образе царевны Софьи:

Илья Репин. Этюд к картине «Великая княгиня Софья в Новодевичьем монастыре» (Валентина Серова в образе царевны Софьи). 1878
Около года в раннем детстве будущий художник вместе с матерью прожил в трудовой коммуне под Смоленском, в селе Никольское. Как рассказывал хорошо знавший Серова художник Игорь Грабарь, в то время «все, от мала до велика, зачитывались знаменитым «Что делать?» Н. Чернышевского». И вот «нашлись люди, наделённые такой волей, такой правдивостью чувств и искренностью порывов и такой верой в идею, что они не остановились перед перспективой осуществить идеалы «Что делать?» в действительности». Так что Серов около года детства провёл в «четвёртом сне Веры Павловны». Коммунары ходили в одинаковой одежде, ели простую пищу, дети, как и взрослые, трудились. Купались голые мужчины и женщины вместе — «без предрассудков», что произвело на юного Серова шоковое впечатление.
2. При таком воспитании скорее приходится удивляться, что художник какое-то время был лоялен к власти и писал портреты августейшего семейства.

Портрет Александра III в мундире датской Королевской лейб-гвардии. 1899

Портрет Александра III с рапортом в руках. 1900

Александр III. 1895

Николай II в форме шотландских серых драгун. 1902

Портрет Николая II в тужурке. 1900
Изобразил художник и Николая II, причём царь целых 16 раз ему позировал. Серов искренне постарался изобразить царя-батюшку с симпатией, как настоящего русского интеллигента. Вероятно, ему была неизвестна реплика государя, сохранённая Витте: «Как мне противно это слово... Следует приказать Академии наук вычеркнуть это слово из русского словаря». Речь шла о слове «интеллигент». Николай II изображён в тужурке лейб-гвардии Преображенского полка, которая была его повседневной одеждой. Серов усадил императора в позу своей знаменитой «девочки с персиками», передал чистый и ясный, немного усталый взгляд голубых царских глаз... Кстати, в 1917 году красногвардейцы, взявшие Зимний дворец, выкололи штыками эти самые глаза на оригинале портрета — вероятно, после 3-летней мировой бойни незамутнённый взгляд глаз императора стал для них невыносим. Но сохранилась авторская копия картины.
Правда, в конце работы над портретом у самолюбивого художника произошёл конфликт с самой императрицей — но это случилось на художественной почве. Государыня принялась указывать живописцу, как следует «подправить» овал лица Николая II и изменить изгиб царских бровей. Серов вначале опешил, а потом вспыхнул и протянул императрице свою палитру с кистями: «Так вы, Ваше Величество, лучше сами уж и пишите, коль так хорошо умеете рисовать. А я – слуга покорный!». Оскорблённая императрица развернулась и ушла.
3. Вот так всё до поры до времени и шло... Несмотря ни на что, художник действительно более-менее мирно уживался со своей великосветской «натурой», по крайней мере, открыто не ссорился с ней. Но всё изменилось 9 января 1905 года, когда Серов стал непосредственным очевидцем расстрела рабочей демонстрации, с хоругвями и царскими портретами шедшей к Зимнему дворцу.
Сам Серов позднее писал: «То, что пришлось видеть мне из окон Академии художеств 9 января, не забуду никогда — сдержанная, величественная, безоружная толпа, идущая навстречу кавалерийским атакам и ружейному прицелу — зрелище ужасное». Как писала дочь Серова, «приехав в Москву, он имел вид человека, перенесшего тяжёлую болезнь».

Картина В. Серова «Солдатушки, бравы ребятушки! Где же ваша слава?». 1905. Опубликована в журнале «Жупел»
Друг художника Илья Репин писал: «С тех пор даже его милый характер круто изменился: он стал угрюм, резок, вспыльчив и нетерпим; особенно удивили всех его крайние политические убеждения, появившиеся у него как-то вдруг.
Нередко приходилось слышать со стороны:
— Скажите, что такое произошло с Серовым? Его узнать нельзя: желчный, раздражительный, угрюмый стал…
— Ах, да! Разве вам не известно? Как же! Он даже эскиз этой сцены написал, ему довелось видеть это из окон академии 9 января 1905 года».
Особо задевавший художника момент заключался в том, что главным организатором расстрела считался дядя царя, великий князь Владимир Александрович, командующий войсками Петербургского округа. (И, кстати говоря, отец будущего «императора в изгнании» Кирилла Владимировича и предок всей нынешней ветви Романовых-Гогенцоллернов). По стечению обстоятельств, он же, этот великий князь, был президентом Академии художеств, в которой состоял Серов.

В. Серов. Разгон казаками демонстрантов в 1905 году
О роли велкнязя, как настоящего идейного «мотора» расстрела 9 января, писал, в частности, корреспондент лондонской газеты «Дэйли телеграф» Диллон, близкий к царским придворным кругам: «Я спросил одного придворного, почему сегодня без соблюдения формальностей убивают безоружных рабочих и студентов. Он ответил: «Потому что гражданские законы отменены и действуют законы военные... Прошлой ночью его величество решил отстранить гражданскую власть и вручить заботу о поддержании общественного порядка великому князю Владимиру, который очень начитан в истории французской революции и не допустит никаких безумных послаблений. Он не впадёт, — продолжал царедворец, — в те ошибки, в которых повинны многие приближённые Людовика XVI; он не обнаружит слабость — он считает, что верным средством для излечения народа от конституционных затей является повешение сотни недовольных в присутствии их товарищей... Сегодня его высочество обладает высшей властью и может испробовать свой способ сколько угодно... Великому князю Владимиру представляется необыкновенный случай обнаружить свои способности. Он будет укрощать мятежный дух толпы, даже если бы ему пришлось для этого послать против населения всё войско, которым он располагает». Великий князь Владимир заявил: «Нужно открыть жилы России и сделать ей небольшое кровопускание».

Рисунок В. Серова

Карикатура В. Серова на царя Николая «1905 год. После усмирения»
И вот Серов оказался перед нелёгкой для него дилеммой: промолчать? выразить своё отношение? В итоге вместе со своим другом художником Василием Поленовым он написал письмо вице-президенту Академии графу Ивану Толстому:
«В Собрание императорской Академии художеств.
Мрачно отразились в сердцах наших страшные события 9 января. Некоторые из нас были свидетелями, как на улицах Петербурга войска убивали беззащитных людей, и в памяти нашей запечатлена картина этого кровавого ужаса. Мы, художники, глубоко скорбим, что лицо, имеющее высшее руководительство над этими войсками, пролившими братскую кровь, в то же время стоит во главе Академии художеств, назначение которой — вносить в жизнь идеи гуманности и высших идеалов».
Граф Иван Толстой побоялся даже оглашать это дерзкое письмо на заседании Академии. В итоге Серов вышел из состава Академии...
После этого вместе с Максимом Горьким Серов стал одним из основателей сатирического журнала «Жупел». Вышло всего три номера журнала, но Серов ярко проявился в нём как художник-карикатурист.

Карикатура В. Серова «Виды на урожай 1906 года»

Рисунок В. Серова «Сумской полк. Расстрел в Москве 14 декабря 1905». Художник запечатлел сценку расстрела прохожего без документов, свидетелем которой стал
Был Серов и на похоронах убитого черносотенцами большевика Николая Баумана, о чём тоже написал эскиз картины. И рассорился со своим старым другом Фёдором Шаляпиным, когда увидел его на коленях перед царской ложей при исполнении «Боже, царя храни» после премьеры оперы «Борис Годунов»...
Естественно, все эти работы Серова на революционные темы на нашумевший юбилейной выставке 2015—2016 годов даже не вспоминали. Не было их!.. А в 1905 году художник Серов благостно рисовал портрет артистки Ермоловой. Главное событие года в жизни художника... Вот что было! Такие дела.

В. Серов. Баррикады. Похороны Н.Э. Баумана. Эскиз
5 декабря 1911 года Валентина Серова не стало. Он был очень аккуратным и пунктуальным человеком, никогда не опаздывал. Если что-то мешало ему прийти на условленную встречу, то он посылал сына в соседний дом, где был телефон, чтобы извиниться и перенести её. Сохранился трогательный рассказ, как в декабре 1911 года в доме княгини Щербатовой зазвонил телефон и детский голос сказал: «Папа извиняется. Папа не сможет прийти. Папа умер».
Journal information